Кто “пилит” ливанский кедр? В Ливане углубляется политический кризис

«Зеркало недели. Украина» №40, 23 октября 2015

Виктор Каспрук

В Ливане обостряется политическая борьба за должность президента. Ливанским законодателям в очередной раз не удалось избрать президента государства. 21 октября спикер парламента Набих Берри был вынужден отложить 30-ю сессию президентских выборов из-за отсутствия кворума. 

Отказ избрать преемника исполнителю обязанностей президента — премьер-министру Таммаму Саламу — завел страну в тупик. Это парализовало ливанский парламент и грозит разрушить кабинет министров.

Как подчеркнул в своем недавнем телевизионном интервью премьер-министр Т.Салам, “катастрофическая ситуация угрожает стране из-за неспособности справиться с жизненными вызовами и требованиями. Политический кризис в Ливане углубляется на фоне растущего конфликта между политическими силами, связанного с их интересами и влияниями. Все эти совокупные факторы вызвали паралич в органах исполнительной власти, а затем перекинулись и на законодательную власть. Это отражает партийную заангажированность должностных лиц и попытки политических сил учитывать лишь собственные интересы”.

В условиях сложившейся в Ливане политической ситуации правительство остается фактически единственным институтом, еще хоть как-то способным действовать в рамках своих конституционных полномочий. Но не заполнив президентскую вакансию, не приняв новый закон о парламентских выборах и не сформировав новое правительство, разорвать замкнутый круг политического кризиса не удастся.

Однако сверхсложную ситуацию в Ливане значительно усугубляет кризис беженцев. С тех пор как в Сирии вспыхнула война, на ливанскую территорию ринулся главный поток беженцев.

Сейчас в Ливане (вдобавок к 500 тыс. палестинских беженцев) уже проживает 1,5 млн беженцев из Сирии. При том, что жителей Ливана всего 4 млн человек, вынужденные переселенцы составляют почти 50%, а это самая высокая на душу населения концентрация беженцев в мире.

Постоянный поток сирийских беженцев, вместе с плохой инфраструктурой Ливана, усиливает и так сложные проблемы в стране: безработицу, бедность и отсутствие государственных услуг.

Будущее Ливана сейчас неопределенное, возможно, больше, чем когда-либо. Учитывая же огромное внутреннее напряжение, которое принес сирийский кризис, не исключено, что Страна кедров может повторить судьбу своего соседа. Ведь политический вакуум, нефункционирующий парламент, этническая раздробленность, тяжелая экономическая ситуация, застой, кризис беженцев, “Хезболла” и милитаризация ливанского общества создают благоприятные условия для развития самого негативного сценария.

Эти факторы усиливает и отсутствие общенационального лидера, который мог бы консолидировать ливанский народ и получить от него вотум политического доверия, а не выступал как эмиссар, озвучивающий волю Ирана.

Социально-экономическая ситуация и вопросы безопасности переплелись в такой сложный узел противоречий, что будущее Страны кедров может быть весьма мрачным.

В последнее время экономическое и социальное давление побудило ливанскую власть попробовать ограничить поток беженцев. Но реализовать это непросто. Да и уже, вероятно, слишком поздно для ливанской экономики и общества.

Наряду с кризисом беженцев, очень чувствительны для Ливана вопросы участия “Хезболлы” в боевых действиях в Сирии и Ираке. Можно предположить, что последующие шаги “Хезболлы” будут связаны с успехом (или неуспехом) России в Сирии. Если Тегеран захочет резко дестабилизировать ситуацию в Ливане, лучшего исполнителя для этого ему не найти.

Кроме того, на повестку дня выходят не менее сложные проблемы: угроза расширения деятельности “Исламского государства” на ливанскую территорию, коррупция в правительстве и убийство премьер-министра Рафика Харири, произошедшее 10 лет назад. Обсуждение его в международных судах может привести к росту межэтнической напряженности в этой стране.

Собственно, президентский вакуум стал следствием действий “Хезболлы”, которая, каждый раз бойкотируя работу ливанского парламента, делает невозможным проведение выборов. Эта затяжная игра, по ее замыслу, может продолжаться до тех пор, пока не появится реальный шанс у кандидата от этой шиитской парамилитарной исламистской организации и политической партии.

Кроме того, этот бойкот мотивирован еще и желанием “хезболлистов” не допустить избрания президента, точка зрения которого противоречила бы их взглядам. Который мог бы подвергнуть сомнению статус и роль этой исламистской организации и правомерность ее участия в конфликтах за пределами Ливана: в Сирии, Ираке и Йемене.

На стороне “Хезболлы” ее союзником выступает бывший генерал Мишель Аун, лидер христианской маронитской партии “Свободное патриотическое движение”, обладающей немалым количеством голосов в ливанском парламенте. А это имеет решающее значение.

Наряду с внутренними факторами есть также и внешние, влияющие на президентские выборы в Ливане. Иран считает Ливан своим “задним двором”, а “Хезболлу” — своим вассалом.

Со своей стороны, Саудовская Аравия поддерживает мусульман-суннитов в их противостоянии с поддерживаемыми Ираном шиитами, опасаясь шиитского господства в Ливане.

Соединенные Штаты поддерживают христиан и суннитов, а также усиление ливанской армии, чтобы она могла справиться с последствиями деятельности “Хезболлы” и ослабила возросшее в последние десятилетия влияние Сирии в Ливане.

Отсутствие президента как гаранта безопасности лишь играет на руку “Хезболле”.Принятая в июне 2012 г. “Декларация Баабда”, в которой прописан нейтралитет Ливана в борьбе суннитов и шиитов на Ближнем Востоке и воздержание от вмешательства в сирийский кризис, уже потеряла свою силу. Кажется, действия тех, кто в свое время согласился на это заявление, работают в резком контрасте с его программными положениями.

Следует обратить внимание еще на такой момент. На конституционном уровне президент Ливана является гарантом конституции, главой государства и выступает верховным главнокомандующим вооруженных сил. Поэтому в отсутствие главнокомандующего ограничивается возможность ливанской армии дать отпор террористам, проникающим из “Исламского государства”.

Кроме того, в отсутствие президента все полномочия переданы правительству. Любое решение должно получить одобрение его членов. Эта система заводит в тупик и делает невозможным нормальное функционирование правительства. Поскольку, несмотря на фундаментальные соглашения между фракциями, политические соперники всегда имеют возможность заблокировать не удовлетворяющие их решения. Даже по такой основополагающей проблеме, как безопасность государства.

Впрочем, “Хезболла”, так долго блокируя работу парламента, хочет не только поставить своего человека на должность президента, но и пересмотреть саму избирательную систему Ливана, разработанную таким образом, чтобы отображать многоконфессиональный характер страны.

Политическая система в Ливане действует на основе разделения власти между президентом (избранным из христиан-маронитов), премьер-министром (из суннитов) и спикером парламента (из шиитов). Таким образом, достижение консенсуса на всех уровнях было ключевым требованием межконфессиональных договоренностей, которые обеспечивали должное функционирование политической системы Ливана.

Не исключено, что, разрушая возможность достижения консенсуса, “Хезболла” начала готовить Ливан к его фрагментированию или разделу, выгодному ее “спонсорам” из Тегерана.

Также можно предположить, что “Хезболла” пытается установить в Ливане новый порядок, желая связать страну с постоянным иранским экспансионистским проектом, построенным на идее Тегерана навязать свое управление четырем арабским столицам — Багдаду, Дамаску, Бейруту и Сане.

И тут просматриваются некоторые возможности усилить свое влияние на Ливан не только для Тегерана, но и для Москвы. Проводя незаконную операцию на сирийской территории, Россия стала партнером Ирана в Сирии. Что, по сути, означает разделение возможностей контроля над этой страной между Тегераном и Москвой.

Цель Ирана (используя затяжную войну в Сирии) — за несколько ходов вывести шиитскую общину в Ливане на первые позиции и сделать подконтрольной ей исполнительную власть.

После чего иранское присутствие в Ливане уже больше не будет ограничиваться поставкой оружия “Хезболле” или финансовым содержанием этой исламистской организации.

Иран пытается сделать свое присутствие неотъемлемой частью политической структуры Ливана, что в перспективе должно изменить характер страны, превратив ее в вассала Тегерана. И для достижения этой цели Иран делает ставку на своего сателлита — “Хезболлу”.

Не стоит забывать, что “Хезболла” как политико-религиозное вооруженное формирование является наиболее успешным объектом иранских инвестиций в арабском мире. Поэтому нельзя игнорировать того, что эта “Партия Аллаха” наложила руку на ливанские государственные учреждения.

Это “мини-государство” в ливанском государстве настойчиво отдаляет Ливан от опыта бывшего президента Мишеля Сулеймана, который, полностью соблюдая положения конституции, покинул президентский дворец Баабда по окончании своего мандата — 25 мая 2014 г.

http://gazeta.zn.ua/international/kto-pilit-livanskiy-kedr-v-livane-uglublyaetsya-politicheskiy-krizis-_.html

Advertisements
Опубліковано у Uncategorized | Теґи: , , , , , , , , . | Додати в закладки: постійне посилання на публікацію.

Залишити відповідь

Заповніть поля нижче або авторизуйтесь клікнувши по іконці

Лого WordPress.com

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис WordPress.com. Log Out / Змінити )

Twitter picture

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Twitter. Log Out / Змінити )

Facebook photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Facebook. Log Out / Змінити )

Google+ photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Google+. Log Out / Змінити )

З’єднання з %s